(1)В обед я сидел у окна в нашей избе и поджидал Серёжку с Лёшкой. (2)Они должны были принести из кухни щи. (3)Я сидел у окна, смотрел на деревенскую улицу, лежавшую передо мной, и думал, что, слава богу, наша работа подошла к концу. (4)Было приятно видеть бесконечную ровную линию наших контрэскарпов
1
, их трёхметровую ширину и страшную глубину, их насыпи и зализанные закраины – работа была отличная, мы сознавали это и гордились своим трудом. (5)Всё это было ещё более приятно вот почему: шли усиленные разговоры о том, что сюда со дня на день придут наши части и встанут здесь что есть мочи защищать Москву. (6)Здесь,
у сделанных нами рубежей. (7)Да, время приходить нашим, самое время!
(8)В эту минуту я увидел, что через мостик, осторожно ступая, идёт Лёшка, держа в одной руке дымящиеся котелки, а другой прижимая к груди полкирпичика хлеба. (9)Я вышел к нему навстречу и помог донести котелки. (10)Мы поставили еду на стол, положили по углам алюминиевые ложки.
(11)Я сказал:
– А Серёжка где?
(12)Лёшка мотнул головой.
– (13)Следом идёт.
(14)За окном послышался треск моторов. (15)Я кинулся к окну. (16)По улице шла танкетка, за ней другая, за той третья. (17)Я обернулся к Лёшке
и сказал, улыбаясь:
– Ну, кажется, наши пришли!
(18)Лёшка тоже прильнул к окошку. (19)Теперь уже было лучше видно, первая танкетка подошла ближе к нам. (20)Вдруг она остановилась, не дойдя до избы метров пятнадцать, и развернулась. (21)Из короткого ствола её пушки вылетел белый дымок, раздался выстрел, и возле красного флага нашего штаба на той стороне взлетели кверху щепки, пыль и дым. (22)В эту страшную минуту мы увидели чёрный крест на боку танкетки. (23)Всё это происходило очень быстро и не сразу дошло до сознания. (24)Из-за танкетки вышел длинный фриц. (25)Он двигался в сторону нашей избы. (26)Через его плечо неряшливо висел автомат. (27)Мы замерли. (28)Фашист шёл к нам. (29)Навстречу ему бежал через мост Серёжа Любомиров. (30)Он что-то кричал скривлённым набок ртом и бежал на немца, высоко замахнув через правое плечо лопату. (31)Немец остановился и смотрел на него – глаза его ничего не выражали, они были тусклые, задёрнутые плёнкой, как на плавленом олове. (32)Видно, не раз уже на него бросались безоружные люди, и немец знал, что ему делать. (33)Он ждал удобного момента.
(34)Серёжка бежал на немца, и, когда он уже почти добежал, тот небрежно шевельнул автоматом. (35)Я услышал очень короткое: та-та. (36)Немец отступал, пятился, а Серёжка всё бежал на него с лопатой, но
я уже видел, что Серёжки нет, что это бежит одна неутолимая Серёжкина ненависть, которая не умирает.
(37)Лёшка схватил меня за руку и дёрнул за собой. (38)Мы выбежали на задний двор и легли наземь.
– (39)За огород, – прохрипел Лешка, – под плетень, а там вырвемся.
(40Минут через пятнадцать мы достигли леса и остановились.
(41)Я сказал:
– Откуда, откуда они?
– (42)Десант, верно, – сказал Лёшка. – (43)Перелетел, гад.
(44)Лёшка задёргал губами и заплакал.
– (45)Пойдём, Лёша, – я тронул его за плечо, – надо отходить.
(46)Он пошёл за мной покорно, как мальчик, и огромным, грязным своим кулаком утирал глаза. (47)Надо было спасаться, дорваться до Москвы, получить оружие и вернуться, вернуться во что бы то ни стало! (48)Нельзя было оставлять эти места – в эту землю была вбита наша душа, наша вера
в победу, слишком близкие люди остались там за нашими плечами, у домика с красным флагом.
(По В.Ю. Драгунскому*)
*
Виктор Юзефович Драгунский
(1913–1972) – советский писатель, автор повестей и рассказов. Во время Великой Отечественной войны был
в ополчении, участвовал в строительстве укреплений для обороны Москвы.
_______________
1 Контрэскарп – земляное противотанковое препятствие в виде крутого искусственного откоса.